Красная» зона и шлюзы: как устроена работа в новых

Красная» зона и шлюзы: как устроена работа в новых

Испытание красной зоной. Репортаж из места, где спасают больных COVID-19

Работа врачей в красных зонах российских больниц не прекращается ни на минуту. Туда доставляют новых пациентов с коронавирусной инфекцией и серьезным поражением легких. Корреспондент «360» Людмила Александрова провела несколько часов в красной зоне Талдомской ЦРБ и своими глазами увидела работу врачей.

Мир через запотевающие очки

Противочумной одноразовый костюм, респиратор FFP2, одноразовая шапочка, похожие на пакеты бахилы, две пары перчаток и пластиковые очки. Каждый раз врачи одеваются для работы в красной зоне как космонавты перед выходом в открытый космос. Но отправляются они не в пустое пространство, а к живым людям, которым нужна помощь.

Испытание красной зоной. Репортаж из места, где спасают больных COVID-19 | Изображение 1

Источник фото: телеканал «360»

Все средства защиты надевают почти на голое тело. В противном случае за шесть часов смены все очень быстро намокнет от пота. На голову натягивают капюшон, шов перчатки обматывают малярным скотчем. Нельзя допустить, чтобы хотя бы одно место кожи осталось открытым.

Только в таком виде можно войти в изолированную реанимацию, где находятся пациенты, подключенные к аппаратам искусственной вентиляции легких.

Корреспондента и оператора «360» сопровождал анестезиолог-реаниматолог Данил Яцыно. Он сразу предупредил, что очки быстро запотевают. Но даже в таких условиях медики продолжают работать. .

«Здесь находятся все с коронавирусной инфекцией, с пневмонией, самые тяжелые больные. 45 лет человеку. 19 дней уже на ИВЛ», — рассказал врач, показав на лежавшего мужчину.

Он уточнил, что ночью привезли еще одного тяжелого больного, у которого легкие поражены на 85%. Только постоянная вентиляция легких позволяет ему дышать. Такие пациенты поступают в больницу регулярно.

«Весна — генеральная репетиция»

Ситуацию с пандемией коронавируса врач Данил Яцыно сравнил с 2009 годом, когда бушевал свиной грипп. По его словам, тогда тоже привозили много пациентов, в том числе молодых людей. Но смертей было намного меньше.

Когда летом количество новых случаев пошло на спад, никто из его коллег даже представить себе не мог такое количество новых пациентов.

Мы просто не думали, что будет столько больных. Считали, что все-таки мы хорошо отстрелялись весной. Но это была только генеральная репетиция

Смена медицинских работников в красной зоне длится шесть часов. В защитном костюме практически ничего не слышно, поэтому с коллегами приходится перекрикиваться. Врачи сразу предупреждают пациентов, чтобы они не пугались. Ко всему этому можно прибавить запотевшие очки и ответственность за чужую жизнь. Это очень тяжелые условия, которые выдержать может не каждый.

«Да, мы работаем в реанимации. А что делать? Нервов уже нет», — поделился Данил Яцыно.

Корреспондент «360» Людмила Александрова на себе ощутила всю тяжесть этой работы.

«Первые минут пять было очень тяжело. Сразу начинают потеть очки, слышно плохо, а потом это состояние как будто к тебе прирастает и становится почти нормальным», — подвела она итог полуторачасового нахождения в красной зоне.

Пациенты больные и выздоравливающие

Пациенту Михаилу Морозову в день съемок исполнилось 70 лет. Он дышит с помощью специального аппарата с маской, через которую поступает чистый кислород. По его словам, он 15 лет прослужил на подводных лодках:

— Что загадали на день рождения?

Еще один пациент — Михаил, но уже молодой. Ему 35 лет. Тоже дышит через маску с кислородом. Признается, что до последнего не верил в коронавирус и отказывался носить маску. Заболел и сейчас находится в больнице.

Испытание красной зоной. Репортаж из места, где спасают больных COVID-19 | Изображение 2

Источник фото: телеканал «360»

В больницу привезли еще одного мужчину. Однако лечиться он не намерен. Просит его выписать и утверждает, что его заберет на машине супруга. Но вердикт врачей простой. На снимке они видят поражение 80% легких. Отпустить пациента в таком состоянии они отказываются.

Медики решили интубировать пациента и подключить его к аппарату искусственной вентиляции легких. «Без ИВЛ он долго не проживет», — объяснили они.

Испытание красной зоной. Репортаж из места, где спасают больных COVID-19 | Изображение 3

Источник фото: телеканал «360»

Пациента Виктора уже отключили от аппарата и перевели в простую палату. Он утверждает, что настроение у него теперь полностью другое.

Данил Яцыно рассказал, что боевого настроя врачам добавляют благодарности от пациентов, которые выжили. Это придает сил снова приходить в красную зону.

После выхода из закрытого отделения все средства защиты снимаются и отправляются на утилизацию. От очков и респираторов остаются следы, которые через некоторое время проходят. Врачи приходят в реанимацию каждый день снова и снова, спасая жизни пациентов.

«Красная зона»: взгляд изнутри

Понятие «красная зона» прочно вошло в нашу жизнь. Для тех, кто там не был, сложно представить, что это. Это не привычная больница, а отдельный мир со своими жесткими правилами. Мир, где обычная жизнь превращается в ожидание и надежду. Там страшно.
Когда председатель думского комитета по охране здоровья, заслуженный врач РФ Наталья Семенова предложила посетить с ней «красную зону», я не задумываясь согласился. Профессиональная деформация — журналист должен увидеть, почувствовать, поучаствовать в том, о чем пишет. И эта публикация будет отличаться от всего, что я писал о пандемии раньше. Не ждите логики, фактов, цифр. Там, за входным шлюзом ковидного госпиталя их нет.
Это детская больница, единственная в регионе для детей с подтвержденным диагнозом. Сегодня там 101 ребенок, самому старшему пациенту — 17 лет, самому маленькому — шесть дней от роду. Лежат с родителями. Причины заболевания две — вирус привели из отпуска и заразился кто-то из членов семьи. Некоторые так и лежат семьями: родители и дети, бабушки и дедушки.
В реанимации тихо — даже через защитный костюм слышно, как подается воздух через аппарат искусственной вентиляции легких и работает диагностика. Тут взрослые с серьезными поражениями, говорить могут не все. Мы спрашиваем у молодой женщины, можем ли зайти — хотя для нее мы все на одно лицо. Она соглашается — как вы понимаете гостей туда не пускают вовсе. Жалоб нет, жалеет что не привилась, заболела на работе, переживает за родных, готовится к переводу в терапию — лечится еще долго.
Дальше детская палата. Две мамы, рядом детские кроватки с совсем крохами, у которых подтвержден ковид. Болеют вместе. Из дальних районов. Они тоже рады гостям — даже пять минут общения для них — событие. Лежат давно, идут на поправку, скоро поедут домой. Вакцину не ставили — кормящие, пока не рекомендовали, но «своих», как ласково называют родителей и мужей, уже привили. Следующая палата — две девчонки из Волгограда и Волжского, детям два-три года. Одной малышке уже сняли диагноз COVID19, долечивается мама — скоро домой. Успела привиться только первой компонентой, заболела через два дня после. Здесь нужно пояснить — вакцина начинает эффективно действовать не сразу, должно пройти минимум три недели, а максимальный эффект через 42 дня. Обе говорят, что пойдут прививаться как только для них настанет необходимость. В глазах переосмысление. Того, что пережили эти мамы не пожелать никому. Это страх не за себя, страх за тех маленьких частичек себя, которые оказались рядом с ними в больничной палате. Дальше — другие палаты, другие люди — эмоции те же, разговоры, понимание, осознание, что вирус это не выдумка и он не где-то далеко, он рядом, он везде…

Врачей в «красной зоне» различаем только по фамилиям на костюмах и глазам. Для пациентов — они последний рубеж борьбы с вирусом. Для них — рабочая смена в тяжелейших условиях. Попасть в красную зону нельзя просто так. Вместо обычной одежды — медицинский костюм, сверху защитный костюм, после — маски, специальные бахилы, очки, две пары перчаток, руки и ноги — страхуют клейкой лентой. Сделать это самому невозможно. Одевают как космонавтов. Через пять минут внутри все мокро, за час единственная мысль — скорее снять это обмундирование. Врачи в «красных» зонах работают так сменами. По-другому, иначе теперь звучат слова «спасибо врачам». Заходя внутрь — они рискуют собой, каждый день в невыносимых условиях, но докторов хватает. Хватает всего. Часовое промедление с поставкой лекарств в госпиталь вызывает чрезвычайную ситуацию о которой докладывают в комитет. Один час — это ЧП регионального масштаба! К слову пока мы были в красной зоне — проблема решилась. Уже на выходе из зоны — палата с тремя пацанами. Их пришли кормить — они почти здоровые. Пережевывая обед, радостные от скорой встречей с домом, благодарят врачей и медсестер — кормят хорошо.
Выход из «красной зоны» — целое приключение. Следует понимать, что медицинский персонал проходит эту процедуру несколько раз на день. В трех выходных шлюзах самая высокая степень опасности подцепить смертельный вирус. Первый шлюз — внешняя обработка защитного костюма специальным раствором. Второй — самый сложный — снятие защитного костюма, причем в определенной последовательности, с обязательным обрабатыванием рук после каждой процедуры. Использованные костюмы обеззараживаются или уничтожаются, раздеваться необходимо выворачивая защиту внутрь. Далее — снова обработка уже без костюма. Третий — дезинфекция, умываемся спецраствором, полощем им полость рта, в газа закапываем капли. Только после этого снятие медицинской одежды и переодевание в обычную одежду. Для врачей — привычная, но сложная процедура. Приложены все усилия, чтоб вирус не попал из зараженной в чистую зону.
Врачам тяжело: неутешающие цифры поступающих ежедневно новых пациентов, борьба за каждого, и вопрос: «Мы так ждали вакцину, почему они (медсестра показывает на шлюз «красной зоны») не привились…». Нам нечего ответить этой молоденькой девчонке с уставшими карими глазами…
Даже в качестве гостя попадать за защищенные двери морально тяжело, пациентам в миллионы раз страшнее. Не стремитесь туда, берегите себя.

Что надо знать для похода в красную зону

Обилие блогов на коронавирусные темы понятно — кто-то болел сам, у кого-то переболели друзья, а кто-то потерял близких.

Потом пошли посты из серии «как я перенес прививку». Это понятно: прививки — дело новое, никому не ведомое, опыта пользования у населения мало.

Время от времени мои коллеги спрашивали, почему я не напишу ничего такого. Я отнекивался, что про работу писать не хочу и всякое такое. Оказалось, что всё-таки некоторые моменты того, чем занимаются медики в красных зонах, интересны и немедикам.

«Что же, — подумал я, — не обижайтесь».

Итак, представим себе, что непонятно зачем, Вам, дорогой читатель, понадобилось в красную зону. Камон, как говорят в некоторых странах. Буду проводником в это таинственное место. Сталкером и Вергилием.

1. Не спешите бежать и переодеваться. Сходите сначала в туалет. Если не хочется, всё равно сходите. Обязательно, я сказал. Потом спасибо скажете.

2. Заготовьте рулон малярного скотча и жидкое мыло. Потом узнаете зачем.

3. Проверьте одежду. Снимите всякую химию и наденьте что-нибудь из натуральных материалов. Кожу не надо. Смотрим пункт про спасибо. Есть легенда, что сотрудникам, заходящим в красную зону, положены какие-то пижамы, которые они потом снимают на выходе. Может, и есть. Если смена долгая, то доставайте и надевайте подгузник для взрослых. Да, жарко и в паху жмет, а кто обещал, что легко будет? (спасибо Сэтта за дополнение)

4. Проверьте обувь. Никаких каблуков и платформ. Только удобная обувь без всяких финтифлюшек.

5. Точно сходили в туалет? Со следующего пункта будет поздно.

6. Надеваем первую пару перчаток. Смотрите, чтобы были по размеру. Попадутся слишком маленькие, будете мучиться.

7. Космический костюм. Хорошо, если Вам, как важному гостю, дали новенький, из пачки. Но, согласно нормативам, этот костюмчик должен выдержать 25 обработок. Так что следим за целостностью скафандра. Лишние дырки могут оказаться вредными для здоровья. Натянули костюмчик? А не надо было до конца надевать Сейчас узнаете почему.

8. Бахилочки надеваем. О, да у Вас костюмчик надуло изнутри. Ха-ха, бывает. В следующий раз до пояса натянете. Хорошо, если есть сотрудник, помогающий облачаться в эту фигню. Если нет, то сами. Следите, чтобы бахилы были плотно завязаны и не спадали. Если не повезло и попалась моделька на резинках или с завязочками длиной полтора сантиметра, то берите малярный скотч, он уже пригодился.

9. Маска или респиратор. Если это маска, берите две. Если респиратор, то выбирайте FPP-3. Всё подогнать, чтобы дырок не было. Учитесь вдыхать через нос, а выдыхать через рот. Если надели масочку, подогните верхний край, где проволочка, внутрь, потом спасибо скажете. Если есть фигня, которая для того, чтобы резинка маски натягивалась на нее, а не на уши — Вам повезло.

10. Чепчик. Уши закрываем. И лоб. И волосы (у кого есть) чтобы наружу не торчали.

11. Где там жидкое мыло? Мы сейчас будем надевать очки. Смазываем поверхность изнутри и насухо вытираем салфеткой. Чтобы не потели. Потеть будут, но хоть не сразу. Щитки тоже потеют. А надо было подгибать масочку, как я говорил, а Вы не послушали. Резинку подтягивайте, чтобы маска очень плотно прилегала к лицу. В итоге абсолютно всё лицо должно быть закрыто маской, чепчиком и очками. Некрасиво? Так про красоту никто не говорил.

12. Застегиваем космический костюм до горла и надеваем капюшон. Фиксируем ворот малярным скотчем — липучка не выдержит и расстегнется.

13. Надеваем вторую пару перчаток, чтобы прикрыли сверху без промежутков рукав. Что, уже нечем дышать и ничего не видно? Ничего, трудно первые сто лет.

14. В смысле «что за посторонние?». Это я тут хотел показать что и как у нас устроено. Какую объяснительную? Ладно, ладно, не кричите. Сейчас разденем этих читателей и выгоним. Тем более, что они и сами рады уже отсюда куда-нибудь сбежать.

«Мы столкнулись с новым явлением»: врач рассказала о работе COVID-госпиталя

— Мы работаем сменами по восемь часов. Такой график, как показал опыт, достаточно терпимый, его выдерживают все. У нас хорошие условия, и если человек нуждается по какой-то причине в передышке и хочет выйти — он может это сделать. Всегда на месте есть второй доктор или ординатор, вторая медсестра, которые могут подменить. У нас достаточно средств индивидуальной защиты, чтобы изредка позволять себе коротенькие перерывы.

— В каких условиях и где проживает персонал COVID-госпиталя? У вас есть возможность видеться с семьёй?

— Все врачи живут отдельно, в семьи не возвращаемся. Если позволяет обстановка, домой могут поехать сотрудники, которые живут одни. Здесь, в клинике, мы создали прекрасные условия — четырёхразовое питание, отдельные палаты. Персонал полностью снабжается едой, водой и средствами для ухода. Лично я свою семью не видела уже два месяца, общаемся дистанционно. Внучка, наверное, скоро перестанет узнавать.

— Как справляетесь психологически? Насколько персонал оказался готов к работе в новых условиях?

— Вы знаете, мы все готовились и были готовы. Первая неделя была самая неустойчивая, ведь трудно лечить то, что ты пока ещё не узнал, не пощупал, первый раз сталкиваешься с этим. Мы действительно столкнулись с абсолютно новым и незнакомым явлением.

С опытом появляется некоторая уверенность, возможность прогнозировать ситуацию с каждым пациентом. А это очень важно для работы каждого врача. И поэтому нам стало значительно спокойнее работать.

Уже на второй неделе стабилизировалось психологическое состояние и сотрудников, и врачей. Общий фон выровнялся, и сейчас он достаточно устойчивый. Как руководителя, который находится в «красной зоне», меня волнует, насколько хватит запаса прочности, ведь усталость будет накапливаться. На всякий случай мы готовим себе потенциальный резерв — вдруг кому-то потребуется передышка.

— Как устроена «красная зона», в которой содержатся инфицированные? Как контролируется доступ сотрудников к этим помещениям?

— Попасть туда можно через специальный шлюз, который исключает возможность проникновения инфекции в чистые помещения. Мы знаем всех, кто выходит на смену в «красной зоне». В «зелёной зоне» мы отслеживаем их состояние, проводим измерение температуры. Дальше проверяется правильность надевания защитных средств: если всё нормально — мы впускаем в «красную зону».

  • После обработки дезинфицирующим раствором персонал раздевается по всем правилам и отправляется в душевые
  • © Maxim Shemetov / Reuters

Всех заканчивающих смену проверяют специальные сотрудники шлюза «красной зоны», прямо в защитной одежде обрабатывают специальным дезраствором на спиртовой основе. И только после этого персонал проходит на дезинфицирующие коврики — к месту снятия защитной одежды. Там они раздеваются по всем правилам и отправляются в душевые, а потом уже в чистую зону.

— Такие меры защиты, казалось бы, должны давать 100%-ную гарантию безопасности. Почему же мы периодически слышим о врачах из больниц, из таких вот «ковидариев», которые заразились или даже умерли?

— 100%-й гарантии быть не может никогда, это невозможно. Нельзя исключать и человеческий фактор — кто-то где-то не уследил. Вирусная нагрузка большая, особенно в отделениях реанимации. Очень многое зависит от каждого сотрудника, насколько жёстко он соблюдает требования санитарно-эпидемиологического режима.

— Расскажите о ваших пациентах. В каком состоянии они находятся? Каков процент тяжёлых случаев?

— Есть большое количество тяжёлых пациентов, но в целом ситуация у нас не отличается от общей статистики. В среднем у нас 12—13% пациентов находятся в реанимационном отделении. Практически все они либо на инвазивной, либо на неинвазивной — масочной — искусственной вентиляции лёгких. В остальных отделениях практически 80% пациентов находятся на кислородотерапии — у каждой койки есть кислород.

— Сколько всего пациентов в вашем «ковидарии»?

— В последнюю неделю количество пациентов колеблется от 127 до 134 человек.

— Как по состоянию пациента можно определить, что самый опасный момент пройден и человек идёт на поправку?

— В первую очередь важна оценка состояния пациента врачом. Есть много симптомов: нормализация температуры, улучшение общего состояния, уменьшение слабости. Во-вторых, важен обязательный лабораторный анализ, по которому должно быть видно снижение количества воспалительных белков до практически нормальных значений. И конечно, нужна отчётливая положительная динамика при компьютерной томографии.

  • В среднем 12—13% пациентов от общего числа больных находятся в реанимационном отделении на ИВЛ
  • © Maxim Shemetov / Reuters

— Какие способы лечения показали наибольшую эффективность? Испытывает ли Московский университет инновационные методы или экспериментальные препараты?

— Каждый день в 12 часов у нас проходит консилиум по видеосвязи. Этого, возможно, нет в других клиниках. В нём принимают участие доктора наук, все наши признанные авторитеты, сотрудники Московского университета, нашей клиники. Мы обсуждаем наиболее сложных пациентов «красной зоны». Есть возможность просмотреть КТ, каждый анализ, отследить динамику. Коллеги в курсе всех последних рекомендаций и исследований, которые ведутся в этой области.

Алгоритм лечения, который разработан в нашей клинике, обновляется. За основу взяты российские методы лечения, рекомендации Минздрава и Департамента здравоохранения. И есть наши внутренние наработки, которые мы активно тоже используем. Согласно появляющейся информации и собственному опыту, постоянно вносим коррективы в схему лечения.

«Будут сниматься поэтапно»: в Минздраве не исключили возможности сохранения части ограничений до появления вакцины

— Насколько вирус непредсказуем?

— Сам коронавирус предсказуем. Непредсказуемым является заболевший пациент, его индивидуальное состояние здоровья. В зависимости от сопутствующей патологии болезнь может протекать очень по-разному.

— Что вы можете посоветовать людям, которых эта беда, к счастью, не затронула?

— Всем нужно соблюдать меры предосторожности. Сейчас майские праздники, в которые особенно важно не поддаться соблазну и остаться дома. Я понимаю, что погода хорошая, тепло. Но болезнь есть, она не придумана. Она настоящая и действительно очень опасная.

Читайте также  Денежный чек. Заполнение бланка денежного чека.
Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector