Общие правила квалификации действий соучастников

Общие правила квалификации действий соучастников

Вопрос № 4 Правила квалификации преступлений, совершенных в соучастии

Соучастие в преступлении как особая форма преступной деятельности является более общественно опасной по сравнению с преступными действиями одного лица. Автор поддерживает это мнение Инногамовой-хегай Л.В.[15].

Закон определяет основания и пределы ответственности соучастников исходя из форм соучастия.

Первая форма соучастия— соучастие с выполнением различных ролейпредполагает уголовную ответственность каждого соучастника в зависимости от той роли, которую он выполнял. Если соучастник осуществлял (полностью или частично) объективную сторону преступления, т.е. был исполнителем, то его действия квалифицируются по норме Особенной части УК, предусматривающей ответственность за данное преступление. Ссылка на ч. 2 ст. 33 УК не требуется. Таким же образом отвечают посредственные исполнители и соисполнители преступления (ч. 2 ст. 34 УК).

Когда соучастники не принимают непосредственного участия в выполнении объективной стороны преступления, а только помогают ему или создают условия другим способом для совершения преступления, выступая в роли организатора, подстрекателя или пособника (ч. 3 ст. 34 УК), то их действия квалифицируются по статье Особенной части УК и соответствующей части ст. 33 УК. Объективная сторона их преступной деятельности слагается из признаков, указанных в нормах Общей и Особенной частей УК.

Несмотря на то, что соучастники отвечают за самостоятельные действия, квалификация их действий все-таки зависит от действий исполнителя. Если исполнитель не довел до конца задуманное совместно с другими соучастниками преступление по причинам, не зависящим от него, он привлекается к ответственности за покушение или приготовление (если запланированное преступление было тяжким или особо тяжким). Другие соучастники тоже будут отвечать соответственно за приготовление или покушение на преступление (ч. 5 ст. 34 УК). Например, была запланирована квартирная кража, но исполнителю преступления не удалось довести ее до конца, он был задержан хозяином квартиры в момент изъятия ценностей. Действия исполнителя квалифицируются по ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 158 УК (покушение на кражу чужого имущества с проникновением в жилище потерпевшего). Организатор этого преступления, не принимавший непосредственного участия в покушении на кражу, должен отвечать по ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 158 УК. В том случае, если организатор преступления одновременно руководил совершением преступления во время его исполнения и был задержан вместе с исполнителем на месте преступления, то он является соисполнителем преступления. Оба преступника будут привлечены к уголовной ответственности за покушение на кражу группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище (по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 и ч. 3 ст. 158). Тот факт, что один из соисполнителей был одновременно организатором преступления, будет учтен судом при назначении наказания со ссылкой на п. «г» ч. 1 ст. 63 УК.

Особо следует сказать о подстрекателе. Если ему не удалось склонить другое лицо к совершению преступления, например к совершению убийства, то его действия должны квалифицироваться как приготовление к убийству в форме приискания соучастников преступления (ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК).

При совершении преступления специальным субъектом, признаки которого указаны в норме Особенной части УК, все остальные участники преступления, не обладающие специальными признаками субъекта, могут быть привлечены к уголовной ответственности только в качестве организатора, подстрекателя или пособника даже в том случае, если кто-либо из них был фактическим соисполнителем преступления (ч. 4 ст. 34).

Вторая форма соучастия — соисполнительствоДействия соисполнителей квалифицируются только по статье Особенной части УК, без ссылки на ст. 33 или ст. 35 (ч. 2 ст. 34). Правовая оценка соисполнительства разных видов (группа лиц без предварительного сговора и группа лиц с предварительным сговором) различна. Соисполнительство как групповое совершение преступления без предварительного сговора предусмотрено в качестве отягчающих обстоятельств в нормах Особенной части УК (например, п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 3 ст. 111).

В том случае, когда в нормах Особенной части УК признаки группового преступления отсутствуют, то действия исполнителей нужно квалифицировать по ч. 1 статьи Особенной части УК, а при назначении наказания суд, сославшись на п. «в» ч. 1 ст. 63, учтет данное обстоятельство в качестве отягчающего.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору также выделяется в качестве квалифицирующих признаков в нормах Особенной части УК. Перечень таких норм более широкий по сравнению с первым видом соисполнительства. Он включает большую часть преступлений против собственности, некоторые преступления против личности, в сфере экономической деятельности, преступления против общественной безопасности и общественного порядка. Действия участников групп по предварительному сговору квалифицируются по нормам Особенной части УК без ссылки на ч. 2 ст. 35 УК.

Уголовная ответственность организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) -также установлена в нормах особенной части ук.

Организованная группа как квалифицирующее обстоятельство указана в значительном количестве норм, предусматривающих уголовную ответственность за преступления против собственности, в сфере экономической деятельности, против общественной безопасности и общественного порядка. В двух случаях, предусмотренных ст. 209 и ст. 239 УК, организованная группа образует признаки самостоятельного преступления. Статьи 209 и 239 УК устанавливают ответственность за сам факт организации банды или религиозного или общественного объединения, деятельность которого сопряжена с причинением вреда личности, с посягательствами на права и свободы граждан. Действия виновных должны квалифицироваться соответственно по этим статьям. В случаях, когда совершение преступления организованной группой не предусмотрено в нормах Особенной частиУК, уголовная ответственность для участников группы наступает по правилам, предусмотренным для первой формы соучастия. Сам факт создания такой группы может рассматриваться как приготовление к совершению преступления, для которого она создана (ч. 6ст. 35УК).

Ответственность за организацию и участие в преступном сообществе (преступной организации) установлена как за самостоятельные преступления в ст. ст. 208,209, 210и 282.1 УК.

Часть 5 ст. 35 УК определяет пределы уголовной ответственности организаторов и руководителей организованных групп или преступных организаций, а также рядовых участников этих преступных объединений. Организаторы и руководители подлежат уголовной ответственности за факт создания указанных преступных объединений. В ст. ст. 208, 209, 210 и 282.1 УК данный вид преступной деятельности признается самостоятельным преступлением независимо от того, были ли совершены преступления, которые являлись целью данного преступного объединения. Действия организаторов и руководителей квалифицируются по этим статьям без ссылки на ст. 35 УК. Кроме того, они подлежат ответственности за все совершенные преступления другими участниками преступной группы или преступного сообщества, если эти преступления охватывались их умыслом. Поэтому действия организаторов и руководителей будут квалифицироваться в этих случаях по совокупности преступлений.

Рядовые участники несут уголовную ответственность за участие в организованной группе или преступном сообществе независимо от его конкретной роли, за исключением тех лиц, которые участвовали непосредственно в совершении преступлений. Действия таких участников также квалифицируются по совокупности преступлений: по статье, предусматривающей ответственность за участие в организованной группе или преступном сообществе, и по статьям Особенной части УК, предусматривающим ответственность за те преступления, в совершении которых участник был признан виновным.[16]

При подробном рассмотрении квалификации деяний исполнителяпреступления следует отметить, что за преступление, совершенное совместно,соисполнителиотвечают по «прямой» статье Особенной части УК, без какой-либо ссылки на норму Общей части УК. Но при этом нельзя упускать из виду, что если в совершении преступления участвовали два или более исполнителей без предварительного сговора, оно признается совершенным группой лиц (ч. 1 ст. 35 УК).[17]

Совершение преступления группой лиц во всех случаях влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК (ч. 7 ст. 35 УК), в этом главное и общее значение данного обстоятельства. Вместе с тем в случаях, прямо предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК, он служит квалифицирующим признаком, отражающим повышенную общественную опасность соучастия в данной форме. Квалифицированным признается, в частности, совершение группой лиц убийства (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК) и изнасилования (п. «а» ч. 2 ст. 131 УК). Квалификация таких преступлений, совершенных в соучастии, ссылок на нормы Общей части, в частности на ст. 35 УК.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) во всех случаях влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК (ч. 7 ст. 35 УК). Вместе с тем ряд статей Особенной части УК рассматривает указанные обстоятельства как квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки, отражающие особую общественную опасность преступлений, совершенных в соучастии в указанных формах. Так, например, в ст. 105 УК об убийстве совершение данного преступления признается одинаково квалифицированным, если оно совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2); в ст. 126 УК о похищении человека совершение данного преступления группой лиц по предварительному сговору рассматривается как квалифицирующий признак (п. «а» ч. 2), похищение же человека организованной группой предусмотрено особо (п. «а» ч. 3); а изнасилование, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, считается преступлением с одинаковым составом (п. «а» ч. 2 ст. 131 УК).

Дата добавления: 2018-02-15 ; просмотров: 1382 ; Мы поможем в написании вашей работы!

Институт соучастия: проблемы квалификации

27 мая в ходе очередного вебинара ФПА РФ по повышению квалификации адвокатов с лекцией на тему «Проблемы квалификации преступлений, совершенных в соучастии» выступил заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин Университета прокуратуры РФ, доктор юридических наук, профессор Константин Ображиев.

В начале своего выступления лектор пояснил, что квалификацию преступлений, совершенных в соучастии, необходимо начинать с установления признаков соучастия. По его мнению, именно вопрос «есть ли признаки соучастия в совершенном преступлении либо они отсутствуют», зачастую является ключом к решению сложных квалификационных проблем.

Константин Ображиев рассказал слушателям вебинара об общих признаках соучастия: объективных (множественность субъектов, совместность участия) и субъективных (единство умысла, умышленный характер совершаемого преступления).

Говоря о множественности субъектов, спикер указал, что, с точки зрения Верховного Суда РФ, совместное совершение преступления с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности, не исключает вменение такого квалифицирующего признака, как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Профессор отметил, что совместность деяния является ключевым признаком соучастия и имеет место лишь там, когда объединенными усилиями соучастников совершено общее для всех, одно и то же преступление. Не признаются совместными и не образуют соучастия самостоятельные действия нескольких лиц, совершенные в одном месте и в одно время.

Переходя к анализу субъективных признаков соучастия, Константин Ображиев уточнил, что соучастие в преступлении предполагает наличие единства умысла соучастников, когда каждый соучастник осознает, что совершает преступление не один, а совместно с другими лицами. Соучастие становится возможным лишь при совершении умышленного преступления, где с умыслом должен действовать каждый из соучастников. При этом несовпадение мотивов или личных целей виновных лиц не исключает соучастия в преступлении.

Отдельное внимание эксперт уделил вопросу соучастия в преступлениях с двумя формами вины, где возможно лишь «простое» соучастие, проявляемое в виде соисполнительства. «Сложное» соучастие с распределением ролей в преступлениях с двумя формами вины исключено. Неосторожное причинение исполнителем дополнительных тяжких последствий следует расценивать как эксцесс исполнителя.

Как разъяснил Константин Ображиев, от соучастия в преступлении с двумя формами вины следует отличать неосторожное сопричинение вреда и неудавшееся соучастие в преступлении. В первом случае несколько лиц, заранее не договариваясь и не согласовывая между собой свои намерения, действуя в одиночку, по неосторожности совершают одно преступление. В случае неудавшегося соучастия действия по выполнению организаторских, подстрекательских или пособнических функций независимо от воли виновных лиц не приводят к совершению исполнителем преступления. По общему правилу оно должно квалифицироваться как приготовление к преступлению.

Лектор также подчеркнул, что обязательным этапом квалификации преступления, совершенного в соучастии, является установление функциональных ролей всех соучастников, характер их участия в совершении совместного преступного деяния.

В ходе презентации Константин Ображиев дал характеристику соучастникам: исполнителю, организатору, подстрекателю и пособнику.

Кроме того, он упомянул, что на практике часто встречаются случаи, когда одно лицо сочетает функции различных видов соучастников преступления. Квалификация преступных деяний такого лица подчиняется ряду правил: если наряду с осуществлением функций организатора, подстрекателя или пособника соучастник выступает в качестве соисполнителя преступления, то он признается только соисполнителем; если организатор преступления помимо организаторских функций выполняет функции подстрекателя и (или) пособника преступления, то ему вменяется только организация преступления; если лицо одновременно или последовательно выполняет функции подстрекателя и пособника в совершении одного преступления, то в формуле квалификации отражается ссылка как на ч. 4, так и на ч. 5 ст. 33 Уголовного кодекса РФ.

В заключение спикер выделил две основные теории ответственности соучастников – акцессорную и теорию самостоятельной ответственности. Суть первой заключается в том, что в любом преступлении ключевой является деятельность исполнителя, а роль остальных соучастников рассматривается как второстепенная, не имеющая самостоятельного значения. Во второй теории каждый из участников несет ответственность только за свои личные самостоятельные действия, без привязки к действиям исполнителя. По словам Константина Ображиева, в настоящее время в российском уголовном законодательстве получили распространение элементы обеих теорий, они очень сложно переплетены, что также порождает проблемы в квалификации преступлений, совершенных в соучастии.

Особенности квалификации соучастия в преступлении на примерах из практики

Начав выступление с признаков квалификации преступлений, он плавно перешел к их видам, основывая каждый пример на практике Верховного Суда РФ.

Профессор указал, что в соответствии со ст. 32 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Признаки, в свою очередь, делятся на субъективные и объективные. Последние предполагают наличие двух или более лиц.

Лектор сообщил, что исторически практика английских судов сформулировала акцессорную теорию, согласно которой уголовное дело в отношении других не может быть рассмотрено ранее уголовного дела исполнителя. Позже такая практика немного изменила вектор: допускалось рассмотрение дел соучастников и исполнителя в рамках одного процесса при рассмотрении дела исполнителя в первую очередь. На сегодняшний день английские суды работают иначе, однако в России такая проблема существует.

Юрий Пудовочкин привел пример, когда дело совершено в соучастии, на скамье подсудимых один человек, а остальные в розыске. Дело рассматривается в особом порядке. Позже находят иных соучастников, дела которых рассматривают в общем порядке с участием присяжных заседателей. Они признают их невиновными, однако к этому времени другой соучастник уже может отбыть наказание.

В отношении второго признака объективной стороны – двух лиц – профессор в качестве примера привел должностных лиц, работающих в ФНС, которые при очередной проверке предложили ИП сделку: они ему составят необходимый документ, а он им позже заплатит. В последующем сотрудники увольняются и приходят за вознаграждением. В суде они указывают, что их действия не считаются взяткой, так как в момент получения вознаграждения они не являются гражданскими служащими. Проанализировав ситуацию, ВС РФ пояснил, что время получения денег не меняет квалификации, так как при совершении действий, направленных на получение взятки, граждане обладали соответствующими должностными полномочиями.

Юрий Пудовочкин указал, что, хотя соучастие предполагает участие двух и более субъектов с совместным умыслом и достижением определенного возраста, практика ВС РФ идет по другому пути. Например, в 2004 г. Президиум ВС посчитал, что признание соучастника преступления невменяемым не отменяет соучастия – годный субъект подлежит ответственности за преступление, совершенное группой лиц.

Спикер затронул тему действий и бездействия родителей и воспитателей, а также подростков, когда те снимают на камеру избиение друга, и помощи в сокрытии преступлений. Говорил он и о покушении на изнасилование. Так, два лица преследовали жертву с целью изнасилования. Убегая, девушка поднималась вверх по лестничной клетке многоэтажного дома и остановилась на балконе. Так как дальше бежать было некуда, она перепрыгнула через решетку балкона и погибла. Верховный Суд РФ расценил это как покушение на изнасилование группой лиц, повлекшее смерть по неосторожности.

Кроме того, Юрий Пудовочкин говорил о понятии и содержании общего умысла, наличия корыстного мотива и цели, а также осведомленности. В качестве примера последнего он указал на Определение ВС от 24 августа 2016 г., где рассмотрено дело А.П. Журавлёва, поставлявшего Е.В. Ершовой наркотики и покупателей. В какой-то момент она решила подарить два пакета своей подруге. Так как А.П. Журавлёв не знал об этом, ВС РФ пояснил, что ответственность за подарок несет только Е.В. Ершова.

Лектор объяснил, что для того, чтобы рассматривать или выносить приговор, необходим исполнитель, однако на практике возникают сложные ситуации. Например, в Определении Верховного Суда от 19 января 2016 г. поясняется, что И.А. Мурзина, сотрудница суда, по собственной инициативе подделала документы, чтобы освободить друга из-под стражи. В отношении нее возбудили уголовное дело. Однако ВС РФ указал, что если нет субъекта, который предполагает побег, то и нет исполнителя, в связи с чем дело в отношении И.А. Мурзиной прекратили и признали за ней право на реабилитацию.

Указал Юрий Пудовочкин и на два разных подхода, которые применяются к конкретным преступлениям. Так, военные суды отмечают, что если два брата – военный и гражданский – избивают другого военного, то брат является пособником в совершении преступления со спецсубъектом. В то же время, поясняет профессор, у военных судов имеется и другая практика: некоторые из них утверждают, что о пособничестве говорить нельзя, так как это общеуголовное преступление, без квалификации группы лиц.

Спикер рассмотрел и другие примеры, закончив выступление ответами на вопросы слушателей.

Обращаем ваше внимание, что повторно вебинар можно будет посмотреть в субботу, 31 марта. Отметим, что при его просмотре часы квалификации будут засчитаны аналогично тому, как и при просмотре онлайн-трансляции.

Квалификация действий соучастников при групповом совершении преступлений

Уголовный закон предусматривает повышенную уголовную ответственность за совершение преступления в составе группы лиц. Так, совершение группового преступления влечёт более строгое наказание в соответствие с отдельным указанием в статье Особенной части УК РФ. Например, п. «а», ч. 2 ст. 158 УК РФ предусматривает максимальное наказание за совершение кражи группой лиц по предварительному сговору в виде лишения свободы сроком до 5 лет с ограничением свободы, тогда как по ч. 1 ст. 158 УК РФ при совершении кражи одним лицом срок наказания в виде лишения свободы ограничен 2 годами.

Также групповой характер преступления может учитываться в качестве отягчающего наказание обстоятельства согласно п. в ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Уголовный закон определяет группу лиц при совершении преступления как одну из форм соучастия. В частности, в ст. 35 УК РФ выделяются следующие формы соучастия при групповом совершении преступления:

  • группа лиц;
  • группа лиц по предварительному сговору;
  • организованная группа;
  • преступное сообщество (преступная организация).

Соучастники преступления

Как известно, наряду с вышеперечисленными формами соучастия закон различает и виды соучастников:

  • исполнитель;
  • организатор;
  • подстрекатель;
  • пособник.

В случае, когда все лица непосредственно участвуют в совершении преступления, то есть выполняют действия, составляющие объективную сторону преступления, выступая в качестве соисполнителей, никаких проблем при квалификации таких действий как совершенных группой лиц нет. Нет вопросов и при определении в качестве групповых преступных действий участников преступления, совершенных без предварительного сговора – закон прямо указывает на то, что при совершении преступления простой группой лиц в его совершении принимают участие именно соисполнители, то есть исключается включение в состав группы без предварительного сговора организаторов, подстрекателей и пособников.

Единственный спор, который периодически возникает в теории применительно к квалификации действий соучастников в составе простой группы, – вопрос о наличии группы при опосредованном соисполнительстве, то есть при совершении преступления лицом, достигшим возраста уголовной ответственности совместно с лицом, не достигшим такого возраста или невменяемым. Между тем, на практике данный спор давно решён: при совершении преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста или невменяемости, группа лиц отсутствует. Подобные действия лишь влекут дополнительную ответственность для исполнителя, подлежащего уголовной ответственности, за вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность.

Иная ситуация сложилась в вопросе возможности квалификации действий исполнителя и организатора (подстрекателя, пособника) как совершенных группой лиц по предварительному сговору (организованной группой).

Простой пример: Ф. совершил умышленное убийство гражданина В. До совершения преступления Ф. посвятил своего знакомого Р. в свои планы о запланированном им убийстве гражданина В., при этом Р. помог Ф. с перевозкой тела убитого В. и с отмыванием следов крови в квартире. Р. непосредственного участия в убийстве В. не принимал, в момент убийства находился на улице.

Читайте также  Какая будет пенсия, если человек никогда официально

Как в подобном случае квалифицировать действия Ф. и Р., следует ли вменять признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору? На практике подобные ситуации разрешаются по-разному.

Более правильной с точки зрения закона будет квалификация действий Ф. как умышленного убийства группой лиц по предварительному сговору, то есть по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Действия же Р. должны быть квалифицированы как пособничество в совершении умышленного убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть ему следует предъявить обвинение по п. «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Таким образом, хоть Р. и не совершал действий, непосредственно составляющих объективную сторону умышленного убийства, он, тем не менее, будет отвечать за совершенное убийство в составе группы лиц в качестве пособника. При этом его роль должна быть учтена при назначении судом наказания: при прочих равных условиях Ф. должно быть назначено более суровое наказание, нежели Р.

На практике не всегда при совершении преступления исполнителем при содействии пособника (участии подстрекателя, организатора) вменяется квалифицирующий признак – совершение преступления группой лиц. Зачастую органы следствия и суда не указывают на данное обстоятельство как на отягчающие наказание.

В подобных случаях защитнику не стоит, разумеется, исправлять ошибки следствия и суда, ухудшая положение своего подзащитного. Между тем, указать на подобный недостаток обвинения следует при осуществлении адвокатом правовой помощи в качестве представителя потерпевшего, а также в случаях, когда необходимо добиться возвращения уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ.

Пример. Р. был осуждён за совершение подделки иного официального документа по части 1 ст. 327 УК РФ. Судом было установлено, что Р. получил от М. сведения для внесения их в договор об оказании юридической помощи, подделал договор и ордер адвоката, которые предъявил в районный суд для ознакомления с материалами уголовного дела. О совершении преступления Р. и М. заранее договорились, осознавая, что в результате совместных действий путем подделки документов хотят получить доступ к материалам дела, к которым в законном порядке получить доступ не могли.

На основании признательных показаний Р. М. также был привлечен к уголовной ответственности, ему было предъявлено обвинение по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 327 УК РФ. Между тем, ни в отношении Р., ни в отношении М. ни следствие, ни суд не указали на наличие такого отягчающего наказание обстоятельства, как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. В данной ситуации вменить Р. и М. совершение преступления группой лиц по предварительному сговору было невозможно, так как ст. 327 УК РФ не содержит такого квалифицирующего признака.

Однако суд, установив факт совершения преступления гражданином Р. при пособничестве М., а также наличие у обоих обвиняемых умысла на совместное совершение преступления, должен был указать на наличие отягчающего наказание обстоятельства – совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Некоторые правоприменители считают, что наличие при совершении преступления исполнителя и пособника (подстрекателя) не означает автоматически того, что преступление совершено группой лиц по предварительному сговору, так как бывают ситуации, при которых пособник или подстрекатель осуществляя соответственно содействие исполнителю или склоняя исполнителя к совершению преступления могут не иметь с исполнителем предварительной договоренности о совершении преступления. Такой подход вполне обоснован.

Так, пособник и подстрекатель являются видами соучастников, то есть лицо может выступать в указанных ролях только при наличии соучастия. Они соотносятся с соучастием как частное с общим, соответственно, для квалификации действий лица как пособника или подстрекателя необходимо прежде всего установить, есть ли соучастие по делу в принципе. Согласно ст. 31 УК РФ соучастие есть совместное умышленное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления. Между тем, совместное умышленное участие может выражаться в согласованных действиях в результате предварительной договоренности, либо без такой предварительной договоренности. Если пособник и исполнитель не связаны предварительной договоренностью, то их дуэт образует простую группу, что не может повлечь дополнительную квалификацию, так как в простой группе участниками являются соисполнители, а пособники (подстрекатели, организаторы) в ее состав не входят.

Таким образом, в случае, когда в совершении преступления наряду с одним исполнителем участвуют пособник или подстрекатель, и при отсутствии предварительной договоренности между ними на совместное совершение преступления, например, в случае, когда умысел у соучастников на совершение преступления совместно возник в процессе совершения преступления, дополнительной квалификации действий соучастников как совершенных группой лиц, либо указания на наличие отягчающего наказание обстоятельства – совершение преступления группой лиц, не требуется.

Соучастие в преступлении: теоретические основы и проблемы квалификации

Никитин, Е. Д. Соучастие в преступлении: теоретические основы и проблемы квалификации / Е. Д. Никитин. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 43 (385). — С. 133-135. — URL: https://moluch.ru/archive/385/84742/ (дата обращения: 13.12.2021).

В статье анализируется проблема правовой квалификации преступных деяний как совершенных лицом в соучастии с другими лицами. Автор рассматривает такие вопросы как: 1) понятие и сущность соучастия в преступлении; 2) формы и виды соучастия в преступлении; 3) отличие соучастия в преступлении от смежных уголовно-правовых институтов; 4) основные судебные ошибки, возникающие при квалификации деяний как совершенных в соучастии.

Указанные вопросы рассмотрены на значительном количестве разнообразных источников: специализированной литературе, нормативных правовых актах, судебных актах, а также на статистических данных Министерства внутренних дел Российской Федерации.

При написании статьи автор использовал метод анализа, теоретического исследования, а также сравнительно-правовой метод.

Предлагается решение обозначенной выше проблемы, главное достоинство которого — простота, доступность, минимальные затраты со стороны государства.

Ключевые слова: соучастие в преступлении, правовой институт соучастия в преступлении, квалификация преступлений, совершенных в соучастии, совершение преступления, лицо, уголовная ответственность.

Одним из важнейших институтов уголовного права по изложенным ниже причинам является институт соучастия в преступлении:

1) он служит обоснованием для привлечения к ответственности лиц, способствовавших совершению преступления,

2) он устанавливает правила, в соответствии с которыми действия лиц могут квалифицироваться как действия по соучастию в преступлении,

3) он закрепляет критерии, позволяющие индивидуализировать и разграничить ответственность каждого из соучастников преступления,

4) он подчеркивает факт общественной опасности деяний соучастников преступлений, несмотря на то, что такие лица не совершают самостоятельных преступлений.

Действующий Уголовный кодекс Российской Федерации № 63-ФЗ от 13.06.1996 г. (ред. от 01.07.2021 г.) дает краткое определение такому правовому явлению как соучастие в преступлении.

Так, в соответствии со ст. 32 Уголовного кодекса Российской Федерации соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления [1].

На первый взгляд может показаться, что законодатель уделил недостаточно внимания обозначенному правовому институту, однако такой небольшой дефиниции вполне достаточно для того, чтобы описать признаки соучастия, которые и являются главным ориентиром для правоприменителей в сфере уголовного права.

К так называемым объективным признакам института соучастия, то есть к его внешнему выражению в реальной действительности относятся:

1) Множественность участников преступления (соучастие невозможно в случае если деяние совершается только одним лицом, в этой связи важно отметить, что все лица должны являться субъектами преступления в уголовно-правовом смысле этого термина: достигнуть возраста уголовной ответственности и отвечать признаку вменяемости),

2) Совместность действий соучастников (если разные лица стремятся к достижению одного и того же преступного результата, но действуют поодиночке, то соучастниками они признаны быть не могут),

3) Наличие общего преступного результата,

4) Наличие причинной связи между действиями каждого из соучастников и преступлением либо его результатом, если состав преступления материальный, то есть предусматривающий в качестве обязательного признака наступление конкретных общественно опасных последствий, причинение материального или физического вреда, именно из этого признака следует тот факт, что соучастие в преступлении возможно только до того момента, пока преступление не окончено [2, с. 51].

К субъективным признакам института соучастия, то есть к характеризующим внутреннее психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию и его последствиям признакам, относятся:

1) Умышленное совместное соучастие в преступлении,

2) Умышленный характер самого совместно совершаемого преступления,

3) Направленность умысла соучастников на совместное совершение преступления,

4) Нацеленность соучастников на достижение единого результата (единая доминирующая цель), при этом мотивы соучастников могут быть самыми разными — правового значения они не имеют.

В зависимости от характера изложенных выше объективных и субъективных признаков, существенно отражающих определенный уровень организованности соучастников, выделяют простое и сложное соучастие.

Простое соучастие, именуемое также соисполнительством, определяется как взаимодействие нескольких исполнителей — лиц, непосредственно совершающих то или иное преступление — в процессе совершения ими преступления. К простому соучастию относят совершение преступления группой лиц без сговора (ч. 1 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации), а в ряде случаев также совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Соучастие, определяемое в качестве сложного, предполагает наличие уголовно-правового распределения ролей: помимо исполнителя (или соисполнителей) в совершении преступления участвуют также организатор / пособник / подстрекатель. К этой форме также может относиться совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации) и всегда относится совершение преступления организованной группой (ч. 3 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации) или преступным сообществом (ч. 4 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Весьма похожим на институт соучастия является на первый взгляд институт прикосновенности к преступлению, однако обозначенный институт представляет собой умышленную деятельность лиц, не принимавших участия в совершении преступления, но способствовавших сокрытию преступников, следов преступления и т. д. [3, с. 1002].

Отличие прикосновенности от соучастия состоит главным образом в том, что деятельность прикосновенных лиц не находится в причинной связи с совершением преступления. На практике такая деятельность выражается в заранее не обещанном укрывательстве (ст. 316 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также в попустительстве, называемом в законе халатностью (ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации), в определенный исторический момент развития российского государства — в период существования СССР — недоносительство также считалось одним из видов прикосновенности.

Обращаясь к истории, уместно обратить внимание на п. 2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1962 г. № 11 «О судебной практике по делам о заранее не обещанном укрывательстве преступлений, приобретении и сбыте заведомо похищенного имущества», в котором сказано, что укрывательство преступления может быть признано соучастием, если действия укрывателя были обещаны исполнителю до или во время совершения преступления, либо если по другим причинам исполнитель преступления имел основание рассчитывать на подобное содействие (например, в силу систематического совершения лицом таких действий) [4].

Российские СМИ со ссылкой на официальный сайт МВД РФ уведомляют граждан о том, что статистика свидетельствует о ежегодном росте количества тяжких и особо тяжких преступлений, совершаемых организованными группами [5].

Так, в 2019 г. рост количества таких преступлений составил 3,1 %, выразившись в 15 600 тяжких и особо тяжких преступлений.

В то же время исследование автором статьи практики правоприменения в судах общей юрисдикции показало, что предварительное и судебное следствие не выясняет должным образом все обстоятельства, связанные с отграничением соучастия в преступлении от смежных уголовно-правовых институтов.

Например, судами нередко игнорируется один из необходимых признаков соучастия — наличие причинной связи между действием или бездействием лица и совершенным преступлением, по предъявляемым группе лиц обвинениям суды не всегда выясняют роль каждого виновного в совершении преступления, зачастую выводы об отсутствии признаков соучастия делаются лишь на том основании, что сами действия обвиняемого были совершены после окончания преступления, без учета того факта, что они были заранее обещаны, не учитываются и другие свидетельствующие о наличии соучастия в преступлении аспекты противоправной деятельности лиц.

Обозначенные выше ошибки и недоработки правоприменителей влекут за собой неоправданное смягчение ответственности виновных лиц, в связи с чем решение обозначенной проблемы автор статьи видит в постоянном повышении квалификации судей и их обучении более глубинному пониманию норм уголовного права.

Правильная уголовно-правовая квалификация того или иного совершенного привлекаемым к ответственности лицом деяния имеет большое значение для обеспечения законности в деятельности органов охраны правопорядка и осуществления правосудия, индивидуализации наказания и выполнения одной из важнейших задач уголовного закона — предупреждения преступлений.

Правильная квалификация преступных деяний также очень важна для целей формирования уважительного и доверительного отношения к государству у граждан, являющихся потерпевшими по уголовным делам: безосновательное смягчение наказания виновным лицам, судебные ошибки и нерадение об истинной защите членов общества способствуют отделению общества от государства и вынуждают граждан обеспечивать собственную безопасность своими силами.

1. Уголовный кодекс Российской Федерации № 63-ФЗ от 13.06.1996 г. (ред. от 01.07.2021 г.) (с изм. и доп., вступ. в силу с 22.08.2021 г.),

2. Анисимков В. М. Учебно-методический комплекс по Общей части уголовного права. Ростов н/Д: Феникс, 2009. — 221 с.,

3. Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий, судебная практика, статистика / Под. общ. ред. В. М. Лебедева. — М.: Издательский дом «Городец», 2009. — 1168 с.,

4. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1962 г. № 11 «О судебной практике по делам о заранее не обещанном укрывательстве преступлений, приобретении и сбыте заведомо похищенного имущества»,

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector