Срок давности по исковым требованиям о возмещении

Срок давности по исковым требованиям о возмещении

Возмещение ущерба от налогового преступления — срок исковой давности

По этому поводу интересное решение принял Верховный Суд РФ.

Предприниматель обвинялся по ст. 198 УК РФ. Дело прекращено за истечением сроков давности.

Прокурор потребовал возместить ущерб, причиненный преступлением.

Решением районного суда иск удовлетворен. Отклоняя довод стороны ответчика о пропуске срока исковой давности в части налогового периода за 2015 и 2016 годы, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, сослался на то, что в данном случае срок исковой давности подлежит исчислению со дня вступления в законную силу постановления о прекращении уголовного дела от 29 декабря 2018 г., которым установлен факт уклонения от уплаты налогов, а потому трёхлетний срок исковой давности не истёк.

Суд апелляционной инстанции не согласился с такими выводами, указав на то, что исчисление налоговой базы и суммы налога осуществляется налогоплательщиком после окончания налогового периода, по итогам которого уплачивается налог, поэтому срок давности, определённый статьёй 113 Налогового кодека Российской Федерации, исчисляется со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого совершено правонарушение в виде неуплаты или неполной уплаты налога. Т.е. срок исковой давности нужно исчислять по правилам налогового закона, поэтому за налоговые периоды 2015 года, первый и второй квартал 2016 года истёк трёхлетний срок исковой давности.

Кассационный суд пришел к выводу о необходимости рассмотрения настоящего спора в соответствии с требованиями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из того, что неуплатой налога на добавленную стоимость причинен ущерб казне Российской Федерации в размере неуплаченного налога. Это означало, что срок исковой давности нужно было исчислить от даты вступления в силу постановления о прекращении дела.

Однако Верховный Суд РФ оставил в силе решение апелляционного суда и согласился с выводами об истечении сроков для иска. Предприниматель являлся налогоплательщиком, несвоевременно уплатившим налоги, а потому спор относительно взыскания недоимки подлежал рассмотрению в соответствии с налоговым законодательством, а положения главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации к данным отношениям применению не подлежали.

Согласно пункту 1 статьи 113 Налогового кодекса Российской Федерации срок давности привлечения к ответственности в отношении налоговых правонарушений, предусмотренных статьёй 122 указанного кодекса (неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов)), исчисляется со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено указанное правонарушение. Уплата налога на добавленную стоимость производится по итогам каждого налогового периода равными долями не позднее 25-го числа каждого из трёх месяцев, следующего за истёкшим налоговым периодом.

Нужно учесть два фактора: при расследовании дела иска не было; уголовное дело по ст. 198 УК РФ в отношении физического лица.

Срок исковой давности по неустойке: как посчитать

Срок исковой давности по неустойке: как посчитать

Отец и сын Игорь и Леонид Стефановы* 23 января 2014 года заключили с ООО «Квартал 17 А» договор долевого участия на строительство жилого дома до 31 декабря 2014 года. Дольщики заплатили полную сумму в размере 2,1 млн руб., но застройщик передал квартиру только 3 марта 2016 года. Досудебную претензию с предложением в добровольном порядке выплатить неустойку застройщик не исполнил.

ИСТЕЦ: Общественная организация по защите прав потребителей

ОТВЕТЧИК: ООО «Квартал 17 А»

СУТЬ СПОРА: Определение срока исковой давности при взыскании неустойки, морального вреда, штрафа за несоблюдение добровольного порядка

РЕШЕНИЕ: Срок исковой давности исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу

Тогда семья обратилась в региональную общественную организацию по защите прав потребителей в области долевого строительства, страхования и кредитования в Санкт-Петербурге «ДСК». Та в интересах пострадавших 10 октября 2018 года подала исковое заявление о взыскании с ООО «Квартал 17 А» 336 595 руб. неустойки за нарушение срока передачи квартиры, 50% штрафа от присужденной суммы за несоблюдение добровольного порядка, 20 000 руб. морального вреда. Ответчик исковые требования не признал и заявил о применении срока исковой давности.

Тосненский городской суд Ленинградской области отказал в удовлетворении иска в связи с пропуском срока исковой давности. Суд пришел к выводу, что право на своевременную передачу объекта долевого строительства было нарушено 1 января 2015 года, поэтому срок исковой давности следует исчислять с указанной даты. По мнению суда, в связи с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительному требованию о взыскании неустойки (ст. 207 ГК). Ленинградский областной суд с этим согласился.

Исчисляем срок по каждому платежу

Общественная организация обратилась в Верховный суд. Тот решил: ежедневно в течение периода просрочки исполнения обязательства по передаче квартиры с момента нарушения обязательства до момента его исполнения ответчик должен был платить неустойку (п. 25 Постановления Пленума ВС от 29 сентября 2015 № 43). Срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки по правилам ст. 330 ГК исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки. Поэтому вывод судов первой и апелляционной инстанций о пропуске срока исковой давности по исковым требованиям о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, взыскании штрафа противоречит закону. В итоге ВС отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение в суд второй инстанции (№ 33-КГ20-3). Пока еще оно не рассмотрено.

Трехлетний срок исковой давности пропущен только в отношении требования о взыскании неустойки за период с 1 января 2015 года по 9 октября 2015 года. За период с 10 октября 2015 года по 2 марта 2016 года срок исковой давности нельзя признать истекшим.

Кирилл Понасюк, руководитель практики по разрешению споров компании Лемчик, Крупский и Партнеры Лемчик, Крупский и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Семейное и наследственное право группа Цифровая экономика группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (mid market) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) 6 место По количеству юристов 17 место По выручке 22 место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании ×

«Судебная практика по вопросу исчисления срока исковой давности по требованиям об уплате неустойки отдельно за каждый день просрочки сложилась давно и однозначно», – говорит юрист Бюро адвокатов «Де-юре» Бюро адвокатов «Де-юре» Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Банкротство (включая споры) (mid market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Природные ресурсы/Энергетика группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство 8 место По количеству юристов 13 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 15 место По выручке Профайл компании × Алексей Тё. Кроме того, в ноябре 2019 года Президиум ВС выпустил обзор судебной практики, в котором указал: положения п. 1 ст. 207 ГК не применяются к требованию о взыскании неустойки в случае, когда основное обязательство исполнено должником с просрочкой, но в пределах срока исковой давности. Кирилл Понасюк, руководитель практики по разрешению споров компании Лемчик, Крупский и Партнеры Лемчик, Крупский и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Семейное и наследственное право группа Цифровая экономика группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (mid market) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) 6 место По количеству юристов 17 место По выручке 22 место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании × , обратил внимание: эта позиция часто находит отражение в судебных решениях (№ 33-39904/2019; № 33-11065/2017; № 33-2869/2015; № А73-15149/2011).

Возмещение вреда, причиненного преступлением

Верховным Судом Российской Федерации недавно было принято Постановление от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». Однако в нем вопрос о правилах исчисления исковой давности по гражданским искам, предъявленным в рамках уголовных дел или по их итогам даже не был затронут, хотя в практическом отношении является очень актуальным. Незатронутым оказался также весьма актуальный вопрос о начале течения исковой давности по требованиям о возмещении вреда, причиненного преступлением.

Здесь необходимо отличать несколько разных ситуаций с точки зрения процесса.

Во-первых, потерпевший может предъявить к лицу, причинившему вред, или лицу, ответственному за действия причинителя вреда, самостоятельный гражданский иск, не дожидаясь того, будут ли действия причинителя вреда признаны уголовным преступлением и будет ли вообще возбуждено уголовное дело по этому поводу.

Гражданский иск, предъявленный в обычном порядке, рассматривается судом по правилам гражданского судопроизводства с распределением между сторонами бремени доказывания в соответствии с гражданским и гражданско-процессуальным законодательством. Вина причинителя вреда, а равно противоправность его действий (бездействия) при этом предполагаются. Соответственно, для освобождения от ответственности ответчик должен доказать отсутствие своей вины (кроме случаев, когда ответственность наступает независимо от вины) или свою управомоченность на причинение вреда.

Возбуждение уголовного дела по факту причинения вреда, если в действиях причинителя вреда просматривается состав преступления, по общему правилу, не оказывает влияния на судьбу предъявленного гражданского иска, который рассматривается в обычном порядке, то есть независимо от возбужденного уголовного дела. Соответственно, возбуждение уголовного дела не оказывает в данном случае какого-либо влияния на исковую давность.

Однако если суд придет к выводу о невозможности рассмотрения гражданского иска потерпевшего до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, административном или уголовном производстве, то он обязан приостановить производство по делу (абзац пятый статьи 215 ГПК РФ, часть 1 статьи 143 АПК РФ).

После вступления приговора в законную силу суд возобновляет рассмотрение гражданского иска. При этом факты, установленные в уголовном производстве, в соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ (частью 4 статьи 69 АПК РФ) приобретают для суда, рассматривающего гражданский иск, преюдициальное значение, как уже указывалось в статье, по двум вопросам: (a) имели ли место определенные действия и (б) совершены ли они определенным лицом.

Таким образом, у потерпевшего, который узнает о вредоносных действиях третьего лица, независимо от того, содержат ли эти действия признаки состава преступления или нет, появляется право предъявить обычный гражданский иск в порядке гражданского судопроизводства. Появление такого права закон никак не связывает с преследованием ответчика в уголовно-правовом порядке. Само же предъявление иска означает, что исковая давность началась, в противном случае было бы невозможно предъявить иск. Начало течения исковой давности при этом будет определяться на основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ, то есть со дня, когда потерпевший узнал или должен был узнать о нарушении своего права и причинителе вреда.

Иначе говоря, если защита прав осуществляется безотносительно к уголовно-правовой квалификации и потерпевший предъявляет иск именно в гражданско-правовом порядке, начало течения исковой давности действительно определяется на основании общего правила, предусмотренного пунктом 1 статьи 200 ГК РФ.

Во-вторых, лицо, которому преступлением причинен имущественный вред, вправе предъявить гражданский иск в уголовном деле.

Соответственно, гражданский иск может быть предъявлен с момента возбуждения уголовного дела до окончания судебного разбирательства в суде первой инстанции. Поэтому для гражданского иска, предъявляемого в рамках уголовного дела, началом течения исковой давности может считаться момент возбуждения уголовного дела.

В-третьих, потерпевший вправе предъявить гражданский иск о возмещении причиненного ему преступлением вреда, опираясь на итоги рассмотрения уголовного дела.

Гражданский иск по итогам уголовного дела предъявляется в соответствии с правилами гражданского судопроизводства и рассматривается в обычном порядке, но с учетом преюдициального значения обстоятельств, установленных приговором суда по уголовному делу.

Такой гражданский иск может быть предъявлен в течение трех лет с момента вступления приговора по уголовному делу в законную силу. Иными словами, считается, что в данном случае исковая давность начинает свое течение только с момента признания в установленном законом порядке действий причинителя вреда преступлением.

Российское законодательство не содержит специальных правил о начале течения срока исковой давности по гражданско-правовым требованиям лиц, чьи права нарушены совершением преступления, поэтому, казалось бы, в рассматриваемом случае должно применяться общее правило о начале течения исковой давности, предусмотренное пунктом 1 статьи 200 ГК РФ.

Этот вывод подтверждается также положением, закрепленным в абзаце втором пункта 2 статьи 204 ГК РФ (в редакции от 1 сентября 2013 года), о том, что если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, то начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения. (До 1 сентября 2013 года данное правило было сформулировано немного иначе: если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, то начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения; время, в течение которого давность была приостановлена, не засчитывается в срок исковой давности. При этом, если остающаяся часть срока менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (абзац второй пункта 2 статьи 204 ГК РФ)).

Из приведенной нормы с достаточной очевидностью следует, что общее правило пункта 1 статьи 200 ГК РФ о начале течения исковой давности распространяется и на случаи, когда гражданские права нарушаются посредством деяний, которые в будущем потенциально могут быть признаны преступлениями. Напротив, какой-либо связи начала течения исковой давности по гражданскому иску с уголовно-правовой квалификацией содеянного из данной нормы не прослеживается.

Более того, сама конструкция гражданского иска в уголовном деле основывается на том, что течение исковой давности по такому иску начинается до вынесения приговора, так как в противном случае предъявление иска в уголовном деле было бы невозможно.

При этом подход российских судов к вопросу о начале течения исковой давности в случаях, когда гражданский иск предъявляется в рамках уголовного дела или по его итогам, существенно отличается от тех выводов, которые могут быть сделаны на основе буквального толкования норм статей 200 и 204 ГК РФ. Как показывает сложившаяся судебная практика, в этих случаях гражданско-правовые иски при наличии соответствующих оснований удовлетворяются безотносительно к сроку исковой давности, несмотря на то, что сами преступления, которыми потерпевшим был нанесен тот или иной урон, были совершены задолго до предъявления иска. Неизвестно ни одного судебного решения, которым было бы отказано в иске о возмещении вреда, причиненного преступлением, по причине пропуска срока исковой давности, если иск был предъявлен в течение трех лет с момента вступления приговора по уголовному делу в законную силу (см.: Особенности исчисления начала течения исковой давности, если вредоносные действия являются одновременно преступлением (Сергеев А.П., Терещенко Т.А.) («Арбитражные споры», 2014, № 4)).

В завершение вопроса об исковой давности по делам о возмещении вреда, причиненного преступлением, необходимо указать, что пункт 9 упомянутого Постановления № 43 посвящен исковой давности по требованиям о возмещении вреда, причиненного в результате террористического акта. Появление данного пункта обусловлено наличием в законе (п. 2 ст. 196 ГК РФ) специального указания на то, что предельный десятилетний срок исковой давности не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного данным преступлением. Верховный Суд РФ путем простых логических рассуждений пришел к вполне обоснованному выводу о том, что на требования о возмещении вреда, причиненного в результате террористического акта, исковая давность вообще не распространяется.

ПРАВОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЕМ, ДЛЯ ПОТЕРПЕВШИХ И ДЛЯ ЛИЦ, СОВЕРШИВШИХ ПРЕСТУПЛЕНИЕ

Разрешение исков о возмещении имущественного ущерба и (или) компенсации морального вреда, их реальное исполнение либо добровольное возмещение вреда совершившими преступление (без разрешения соответствующего иска) для потерпевших означает устранение преступных последствий, восстановление нарушенных гражданских прав, что, безусловно, не означает автоматического окончания уголовного преследования совершивших преступление. Последнее слово здесь всегда за государством, за его правоохранительными и судебными органами.

Именно они призваны также всячески стимулировать возмещение вреда от преступных действий с целью устранения преступных последствий. Выполнению указанной задачи может в значительной степени способствовать установление в законодательстве стимулирующих процедур, побуждающих осужденных возместить причиненный преступлением вред в обмен на снижение срока или размера назначенного наказания.

Действующим УК РФ уже предусмотрен целый ряд таких мер. Например, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, является смягчающим обстоятельством, причем это обстоятельство выделяется из других смягчающих обстоятельств повышенным поощрительным потенциалом (ч. ч. 1, 2 ст. 62 УК РФ).

Полное или частичное возмещение осужденным вреда, причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, является обязательным условием для отмены условного осуждения и снятия с осужденного судимости (ч. 1 ст. 74 УК РФ), а также для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания (ч. 1 ст. 79 УК РФ) и замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ч. 1 ст. 80 УК РФ). Необходимо особо подчеркнуть, что такая обязательность введена лишь недавно.

По действующему УК РФ возмещение причиненного преступлением вреда является необходимым условием для освобождения от уголовной ответственности: в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ); в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ); по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (ст. 76.1 УК РФ). Однако далеко не все обвиняемые имеют право на освобождение по указанным основаниям даже при полном возмещении вреда, причиненного преступлением, поскольку это не единственное обязательное условие для освобождения. Названные поощрительные нормы применяются к лицам, впервые совершившим преступление.

При постановлении обвинительного приговора и назначении наказания, в том числе условного осуждения, возмещение вреда учитывается в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Вместе с тем пределы этого учета формализованы в уголовном законе лишь в случае отсутствия отягчающих обстоятельств: срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ (ч. 1 ст. 62 УК РФ).

Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» в УК РФ введен институт освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа (ст. 76.2 УК РФ). В УПК РФ тем же Законом введено новое основание прекращения уголовного дела или уголовного преследования – прекращение уголовного дела или уголовного преследования в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа (ст. 25.1 УПК РФ). При этом виновный должен возместить причиненный преступлением ущерб или иным образом загладить причиненный преступлением вред.

Подытоживая сказанное, необходимо указать, что существующая в настоящее время правовая регламентация вопросов, связанных с возмещением вреда, причиненного преступлением, и с рассмотрением гражданского иска в уголовном процессе, явно недостаточна. Уголовно-процессуальное и иное связанное с ним законодательство, порядок учета результатов рассмотрения уголовных дел в части ответственности должностных лиц правоохранительных органов и суда за обеспечение прав потерпевшего требуют дополнений и изменений.

Будем надеяться, что изменения к лучшему – впереди.

МИХАИЛ СЛЕПЦОВ, АДВОКАТ, УПРАВЛЯЮЩИЙ ПАРТНЕР АДВОКАТСКОГО БЮРО «СЛЕПЦОВ И ПАРТНЕРЫ», КАНДИДАТ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК, ДОЦЕНТ, ЗАСЛУЖЕННЫЙ ЮРИСТ РФ

Источник публикации: информационный ежемесячник «Верное решение» выпуск № 05 (187) дата выхода от 21.05.2018.

Статья размещена на основании соглашения от 20.10.2016, заключенного с учредителем и издателем информационного ежемесячника «Верное решение» ООО «Фирма «НЭТ-ДВ».

Срок исковой давности по «медицинским» спорам: проблемы исчисления

Батурина Ирина

Рассмотрение судами «медицинских» споров приобрело особую актуальность и вызывает значительный интерес со стороны как профессионального сообщества, так и потребителей медицинских услуг. Между тем в части применения сроков исковой давности судебная практика по данной категории дел не демонстрирует единообразия подходов. При этом суды редко учитывают особенности медицинских услуг, оказанных по договору, и необоснованно сокращают процессуальный срок для обращения за защитой нарушенных прав и законных интересов. Тем не менее единообразие взглядов и подходов к исчислению срока исковой давности по «медицинским» спорам имеет важное значение, поскольку его применение судом в качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении требования – без исследования иных обстоятельств дела – направлено на упорядочивание правоотношений участников спора и способствует установлению баланса интересов сторон.

Читайте также  Всегда ли нужны льготы

Проблема исчисления срока исковой давности чаще касается необоснованного применения судами специального срока для обращения в суд за защитой нарушенного права. В то же время ст. 208 ГК РФ о том, что исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, трактуется судами однозначно.

Так, Санкт-Петербургский городской суд при рассмотрении гражданского дела о взыскании убытков и компенсации морального вреда отказал в применении специального срока исковой давности, обосновав отказ положениями ст. 208 ГК. В процессе судом был установлен факт нарушения ответчиками личных неимущественных прав истца вследствие наличия дефектов оказанной ему медпомощи, в результате которых у истца было несвоевременно выявлено онкологическое заболевание и, как следствие, резко уменьшились шансы на его положительный исход (апелляционное определение от 8 августа 2019 г. № 33-79/2019).

Относительно требований о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, полагаю, стоит лишь отметить, что юридический факт причинения такого вреда однозначно должен быть предметом судебно-медицинской экспертизы, назначаемой судом в процессе рассмотрения гражданского дела, поскольку его разрешение требует специальных познаний в области медицины (ст. 79 ГПК РФ, ст. 62 Закона об основах охраны здоровья граждан в РФ).

Что касается общего срока исковой давности (ст. 196 ГК), то суды, как правило, применяют его в спорах, вытекающих из договора об оказании платных медицинских услуг, в которых не оспаривается их качество и отсутствуют нарушения личных неимущественных прав истца. Для данной категории дел характерно оспаривание стоимости медуслуг или порядка их оплаты по исполненному обязательству (определения Первого кассационного суда общей юрисдикции от 20 мая 2019 г. по делу № 88-12504/2020 и Московского городского суда от 21 марта 2019 г. по делу № 4г/8-3518).

Между тем момент оспаривания качества оказанных медицинских услуг имеет важное значение в спорах, где основу иска составляет ситуация медицинского происхождения, поскольку в случаях, когда требования истца предъявлены к ответчику в связи с ненадлежащим качеством полученной услуги по спору, вытекающему из договора возмездного оказания услуг, суды чаще применяют установленный ст. 725 ГК специальный годичный срок исковой давности. Например, Новосибирский областной суд в апелляционном определении от 28 мая 2019 г. по делу № 33-4947/2019, в котором истец оспаривал качество стоматологических услуг по протезированию, указал, что срок исковой давности по спору, вытекающему из договора возмездного оказания услуг, в силу положений ст. 783 и 725 ГК составляет год. При этом установленный на зубопротезное изделие гарантийный срок (один год) и срок службы (три года) не применяются для расчета срока исковой давности.

К такому же выводу пришел Октябрьский районный суд г. Красноярска. В решении от 28 апреля 2021 г. по делу № 2-6/2021 он отметил, что если законом, иными правовыми актами или договором установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы (протезирования зубов) сделано в пределах гарантийного срока, годичный срок исковой давности исчисляется со дня заявления о недостатках. Апелляционным определением Красноярского краевого суда решение оставлено без изменения.

Тем не менее в судебной практике встречаются и иные подходы к рассмотрению подобных споров. Так, Тверской районный суд г. Москвы обосновал свое решение от 4 февраля 2020 г. по делу № 2-359/2020 положениями ч. 3 ст. 29 Закона о защите прав потребителей и отметил, что требования, связанные с недостатками оказанной услуги, могут быть предъявлены потребителем, если дефекты выявлены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии – в разумный срок, в пределах двух лет со дня оказания услуги. Суд заключил, что специальный срок исковой давности по спору о защите прав потребителя, нарушенных некачественным оказанием стоматологических услуг, составляет два года. Вышестоящая судебная инстанция оставила решение без изменений.

Как видим, в трех разных гражданских спорах, имеющих одинаковую основу для заявления требований (оспаривание качества зубопротезирования), суды пришли к разным выводам о специальных сроках исковой давности и порядке их исчисления. Более того, применение годичного срока они основывали на ст. 783 ГК, не учитывая при этом условия применения общих положений о подряде к договору возмездного оказания услуг, которые содержит эта норма. В ней, в частности, указано: «Общие положения о подряде (ст. 702–729) и положения о бытовом подряде (ст. 730–739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст. 779–782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг». Однако суды в своих решениях редко учитывают особенности предмета договора возмездного оказания услуг.

Известно, что предметом такого договора является совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности исполнителем. Достижение результата в понятие предмета данного договора не включено (Постановление Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П). В то же время сутью договора подряда является достижение определенного результата выполненной работы (ст. 702 ГК). Разница между работами и услугами четко указана в ст. 38 НК РФ: работой признается деятельность, результаты которой имеют материальное выражение и могут быть реализованы для удовлетворения потребностей физических лиц (п. 4), а услугой – деятельность, результаты которой не имеют материального выражения, реализуются и потребляются в процессе осуществления этой деятельности (п. 5).

Из совокупности приведенных положений следует, что если предмет договора возмездного оказания услуг предполагает создание или достижение определенного результата (например, в ортопедической стоматологии – это изготовление зубопротезного изделия, и спор связан с его качеством), то применимы положения ст. 725 ГК, включая срок исчисления исковой давности (со дня заявления о недостатках). При этом гарантийный срок и срок службы (применительно к результату медицинских услуг) не должны влиять на исчисление срока исковой давности. В то же время в иных спорах о качестве полученных медуслуг, в результате оказания которых материальный результат не достигается, должен применяться общий срок исковой давности – разумеется, при отсутствии факта нарушения личных неимущественных прав или причинения вреда здоровью пациента.

В связи с этим представляет интерес рассмотренное Советским районным судом г. Астрахани дело об оспаривании качества медицинских услуг по хирургическому лечению в офтальмологии (решение от 7 сентября 2020 г. по делу № 2-95/2020). Со ссылкой на ст. 783 ГК суд указал, что к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст. 779–782 Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг, применяются общие положения о подряде (ст. 702–729 ГК) и положения о бытовом подряде (ст. 730–739 ГК). Соответственно, срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет год (ст. 725 ГК). Кроме того, отмечается в решении, в отличие от договора подряда (ч. 1 ст. 702 ГК) на исполнителя услуги по общему правилу не возлагается обязанность по передаче заказчику какого-либо результата, поэтому недостижение по результатам медицинской процедуры ожидаемого пациентом положительного эффекта не может свидетельствовать о ненадлежащем качестве медицинской услуги.

Таким образом, полагаю, что анализ особенностей предмета договора, заключенного сторонами «медицинского» спора (в частности, достижение определенного результата, ради которого заключен договор), должен оказывать непосредственное влияние на применение срока исковой давности в конкретном споре, не допуская его безосновательного сокращения или увеличения. Это позволит обеспечить, с одной стороны, соблюдение прав потерпевших на судебную защиту, а с другой – защиту медучреждений от необоснованных исков.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector